ratrussian

Четверо довольно значимых экспертов, konrad_muzyka, RALee85, KofmanMichael и Franz-Stefan Gady, в этом месяце провели некоторое время на передовой в Украине, чтобы получить новое представление о продолжающемся контрнаступлении и войне в целом. Вот некоторые общие наблюдения как результат их анализа.

Примечание: более подробный анализ будет опубликован всеми нами в ближайшие недели. Прежде всего, мы поговорили с офицерами, рядом командиров бригад (национальной гвардии и регулярной армии) на местах, а также со старшими разведывательных и оборонных подразделений и чиновниками в Киеве.

Контрнаступление: 1) По большому счету это бой пехотинцев (отделение, взвод и рота) при поддержке артиллерии на большей части линии фронта. Это имеет несколько последствий: А: прогресс измеряется в ярдах/метрах, а не в км/милях, учитывая ограниченную мобильность; В: Механизированные соединения развертываются редко из-за отсутствия средств обеспечения маневра. Это включает в себя недостаточное количество средств разминирования, ПВО, ПТРК и т. д.

2) Украинские силы до сих пор не освоили общевойсковые операции в масштабе. Операции более последовательные, чем синхронизированные. Это создает различные проблемы для нападения, и является основной причиной медленного прогресса.

3) Украинские силы по умолчанию перешли на стратегию истощения, основанную на последовательном ведении огня, а не на маневре. Вот почему кассетные боеприпасы имеют решающее значение для продления текущей скорострельности осенью: они ослабляют российскую оборону до степени, позволяющей маневрировать.

4) Как известно большинству наблюдателей, минные поля — это проблема. Они ограничивают пространство для маневра и замедляют продвижение. Но гораздо большее влияние на способность Украины прорвать российскую оборону, чем минные поля сами по себе, оказывает ее неспособность проводить сложные общевойсковые операции в крупном масштабе.

Отсутствие масштабного комплексного общевойскового подхода делает украинские силы более уязвимыми для российских ПТРК, артиллерии и т. д. при наступлении. Так что дело не только в оборудовании. Я просто не наблюдал никакого систематического разрушения российской оборонительной системы.

5) Характер этого наступления, скорее всего, изменится только в том случае, если будет более систематический подход к прорыву обороны русских, возможно, в сочетании с серьезной деградацией боевого духа русских, что приведет к внезапному или постепенному краху российской обороны.

Я подозреваю, что в отсутствие внезапного обрушения российской обороны это останется кровавой борьбой на истощение с постепенным подкреплением резервных подразделений в ближайшие недели и месяцы (оптимист — прим.)

6) Имеются ограниченные свидетельства систематических глубоких боев, которые методично разрушают российские С2/склады боеприпасов (С2 — командный пункт — прим). Несмотря на нормирование на российской стороне, боеприпасы доступны, и русские, похоже, имеют довольно хорошее прикрытие ISR (комплекс сбора и обработки разведывательной информации — прим.) на поле боя.

У русских также не было необходимости развертывать оперативные резервы для отражения украинских атак. Также есть свидетельства снижения воздействия ударов HIMARS из-за эффективных контрмер России (важно помнить в контексте о любом потенциальном последствии поставок ATACMS).

Российские силы, даже если они сильно ослаблены и не имеют боеприпасов, скорее всего, способны задержать, сдержать или отразить наступление украинских войск размером с взвод или роту, если только эти атаки не будут лучше скоординированы и синхронизированы на более широкой линии фронта.

7) Качество российских войск разное. По словам украинцев, с которыми мы поговорили, истощение сильно ударило по ним, но они хорошо защищают свои позиции. Они были достаточно гибкими на тактическом уровне и в целом оборонялись в соответствии с советско-российской доктриной.

8) Нормирование артиллерии в России реально и происходит сегодня. Украина установила огневое превосходство в ствольной артиллерии, в то время как Россия сохраняет превосходство в РСЗО на юге. Однако только локализованного огневого превосходства в некоторых калибрах недостаточно для прорыва обороны русских.

9) Дополнительный приток систем вооружения (например, ATACMS, систем ПВО, ОБТ, БМП и т. д.) хотя и важен для поддержания военных действий, скорее всего, не окажет решающего тактического воздействия без адаптации и более эффективной интеграции.

Украине придется лучше синхронизировать и адаптировать текущую тактику, без которой западное оборудование не оправдает себя. Это имеет решающее значение в долгосрочной перспективе. Это происходит, но работа идет медленно (большинство вооруженных сил НАТО будут сталкиваться с этим даже больше, чем Украина IMO).

10) Вышесказанное верно и для операций взлома обороны. Дополнительное оборудование для разминирования необходимо и будет полезно (особенно переносные системы разминирования), но не имеет решающего значения без лучшей интеграции огня и маневра в масштабе.

(Опять же, я не могу не подчеркнуть, насколько сложно это осуществить в военное время.) Монопричинные объяснения неудач (например, отсутствие оборудования для разминирования) не отражают реальности. Например, некоторые украинские атаки были остановлены российскими ПТРК еще до выхода на 1-е минное поле.

11) Существует нехватка артиллерийских стволов, которую трудно решить, учитывая темпы производства и сроки поставки.

12) До сих пор подход Украины в этом контрнаступлении состоял в первую очередь из прямых атак на российские позиции, поддерживаемых рудиментарным подходом к глубокому бою. И нет, эти прямые атаки — не просто разведывательные атаки.

13) Имеются данные о тактических кибероперациях, поддерживающих замыкание цепочек. Это кибер-ISR, способствующие идентификации и отслеживанию целей на поле боя. Starlink остается абсолютно ключевым для украинского C2.

14) Качество украинских офицеров и старших офицеров, с которыми мы встречались, кажется превосходным, а боевой дух остается высоким. Тем не менее, сейчас возникают некоторые проблемы с качеством сил, когда менее трудоспособные и пожилые мужчины призываются на службу.

15) Рассказ о том, что прогресс Украины до сих пор медленный только из-за отсутствия поставок оружия и поддержки, является монопричинным и не разделяется теми, с кем мы разговаривали, которые фактически сражаются и осуществляют командование на передовой.

16) Само собой разумеется, что в войне на истощение всегда требуется много артиллерийских боеприпасов и оборудования, и их необходимо постоянно поставлять (западная поддержка Украины, безусловно, должна продолжаться, поскольку все еще существует перспектива того, что контрнаступление принесет пользу).

Но солдаты, сражающиеся на передовой, с которыми мы разговаривали, слишком хорошо знают, что отсутствие прогресса часто больше связано с качеством солдат, плохой тактикой, отсутствием координации между подразделениями, бюрократической волокитой и распрями, мышлением в советском стиле и т. д. и... русские оказывают жесткое сопротивление.